Войти
запомнить меня
или

Книги - 297303 Жанры - 263 Авторы - 66370 Серии - 6302 Пользователи - 85719



ИСКАТЕЛЬ № 4 1976

Хассо ГРАБНЕР
МАКЕДОНСКАЯ ДУЭЛЬ

Немецкий писатель Хассо Грабнер принадлежит к старшему поколению литераторов Германской Демократической Республики. Он родился в 1911 году в Лейпциге в пролетарской семье, известной своими революционными традициями. В 1930 году вступает в ряды КПГ. С приходом к власти фашистов Хассо Грабнер переходит на нелегальную работу. Попав в руки гестапо, он девять лет томится в тюрьме в Вальдхайме и концлагере Бухенвальд. После освобождения Германии от ига фашизма X. Грабнер занимается активной общественной работой, становится одним из организаторов Союза свободной немецкой молодежи, автором молодежного гимна «Слушайте юность!».

С 1958 года переходит на творческую работу, издает сборники стихов, ставит свои пьесы на радио и телевидении. X. Грабнер всегда остается верен теме пролетарского интернационализма и антифашистского Сопротивления. Его важнейшие прозаические произведения посвящены активной борьбе против мракобесия и бесчеловечности, против попрания человеческого достоинства. Роман «Камера» повествует о его собратьях по подпольной борьбе в Германии, «Судебное убийство в Дезекаме» рассказывает о процессе над героями Сопротивления в Югославии, «Тайна «Норскгидро» — о борьбе подпольщиков Норвегии против использования тяжелой воды для производства атомной бомбы.

События, которым посвящен его последний роман «Македонская дуэль», еще свежи в памяти. Борьба греческих патриотов против фашистской хунты «черных полковников» — яркая страница в истории демократического движения страны. Богатый жизненный опыт коммуниста позволил Хассо Грабнеру создать яркие и достоверные образы борцов за новую Грецию.


Рисунки Г. СУНДАРЕВА

По расписанию скорый поезд выходил из Ларисы в тринадцать часов. Но было уже без малого четырнадцать, а экспресс все еще стоял. Пассажиры волновались. Поезд был набит деловыми людьми и торговцами, торопившимися на открытие ярмарки в Салоники. У окна купе второго класса сидел мужчина, который в отличие от своих спутников сохранял внешнее спокойствие. С напряженным вниманием следил он за происходящим на перроне и успел отметить про себя, что откуда-то появились двое в штатском. Они перемолвились несколькими словами с дежурным по вокзалу, и тот дал сигнал к отправлению. Пассажиры, прогуливавшиеся перед вагонами, заторопились на свои места. Двое в штатском пропустили мимо себя все вагоны и вскочили в последний.

Беспокойство начало понемногу овладевать и человеком, сидевшим у окна. Конечно, политическая полиция «черных полковников» далеко не каждый поезд задерживала на час, но разве для этого режима существуют вещи, на которые он не осмелился бы?

Словно торопясь догнать упущенное время, поезд мчался к долине Темпы. В это время года красота местной природы кажется чуть-чуть поблекшей. Бело-розовая кипень олеандров приглушена жарким солнцем. И все-таки долина была необыкновенно живописной. Со склонов гор низвергались бесчисленные водопады, а зелень, такая редкость в Греции летом, была здесь пышной, бархатной. Надо всем этим владычествовала святая гора, обитель богов, с которой в лучшие времена небожители-олимпийцы оглядывали свою страну. Справа, словно подчеркивая царственную красоту Олимпа, поднималась в голубое небо гора Осса. А чуть позже окнам поезда начинают улыбаться воды Эгейского моря.

Теперь поезд шел вдоль лазурного побережья. Один из пассажиров сказал: «Это всего-навсего Катерини, минут пять мы нагнали, не больше». Потом он вышел в коридор, наверное, для того, чтобы вдохнуть на прощанье олимпийского ветра, и, быстро возвратившись, сообщил: «Там… проверяют документы…»

Молчаливый пассажир никак не вмешался в начавшийся оживленный разговор. А другие не заметили, что его покрытое бронзовым загаром лицо слегка побледнело. Он сунул руку в карман, достал маленькую бумажку, очень внимательно прочел ее несколько раз, разорвал на мельчайшие клочки, открыл окно и выбросил.

Контроль шел быстро, он приближался к их купе. Пассажиру это показалось хорошим предзнаменованием: возможно, контроль был поверхностным. Когда резко распахнулась дверь, пассажир понял, что лучше бы ему не дожить до этой минуты. Будь он в коридоре, он рванулся бы в тамбур и выпрыгнул бы на ходу. Это наверняка стоило бы ему жизни. Но то, что его ожидало, было не лучше. Стоявшие в проеме двери явно были профессиональными охотниками за головами. За ними стояли униформированные полицейские, готовые выполнить любой приказ. Один из сотрудников политической полиции держал в руках фотографию, на которую он внимательно посмотрел, прежде чем оглядеть пассажиров. Все это длилось недолго, какие-то секунды, но для пассажира у окна это было целой вечностью.

Вдруг глаза проверяющего ожили, в них загорелся злой огонь. Он толкнул своего напарника локтем в бок и коротко кивнул в сторону замкнутого пассажира. Оба сделали шаг вперед.