Войти
запомнить меня
или

Книги - 297303 Жанры - 263 Авторы - 66370 Серии - 6302 Пользователи - 85529




Невероятно интригующий роман. Мистически-детективный сюжет внедряется в сложнейшие культурные пласты Индии, изумляя и шокируя западного читателя столь поразительным устройством древней цивилизации, сохранившимся до наших дней.

USA TODAY

Богатый, насыщенный красками и запахами роман о трагических и таинственных событиях, раздирающих старинное индийское семейство. Еще одно доказательство того, что писатели из Индии выдвигаются на первые роли в англоязычной литературе.

LIBRARY JOURNAL

Индийская сказка, волнующая, экзотичная, мистическая. Ты погружаешься в этот мир ярких красок и густых туманов, блуждаешь в лабиринте загадок, чтобы внезапно оказаться лицом к лицу с правдой, такой неожиданной и поразительной, что еще долго не можешь отойти от потрясения и забыть этот странный, тревожный и прекрасный мир.

NEEM MAGAZINE

Маме, папе и Джеймсу — за их стойкую веру в меня
Обрыв
1947

Умеют ли подчиненные говорить?

Гаятри Чакраворти Спивак

Возможно, они — трещины и щели, сквозь которые нам слышится иной голос, иные голоса?

По какому праву остаемся мы к ним глухими?

Дж. М. Кутзее. «Мистер Фо»

Море внутри

Безучастная, как вода, девушка шла к темнеющему горизонту. Ей было всего шестнадцать, — возможно, семнадцать. Ярко-красное сари облегало тело. Спутанные волосы хлестали по лицу.

В сгущавшихся сумерках девушка остановилась на окраине деревни, точнее, кучки соломенных хижин, что сгрудились на берегу. К небу, сопротивляясь мощным ветрам, тянулась одинокая кокосовая пальма. Где-то беспрерывно лаяла собака. Девушка немного отступила, дожидаясь, пока луна скользнет за рваные облака. Блестки на сари отбрасывали на землю бледные отсветы неправильной округлой формы. Девушка попыталась дотронуться до них левой ступней, и отблески заплясали по ее пальцам — среднему, с серебряным кольцом, и обрубку шестого, некрасиво закрученному вниз. Она устремилась вперед, словно ее подталкивала незримая сила, коллективный страх.

Влекла ее не сама деревня, а одинокая ветхая хижина на краю. Крыша лачуги из кокосовых листьев прохудилась, а внутри царил полумрак. Ветер обжигал, словно предостерегая, и отталкивал девушку назад. Добравшись до истершейся бамбуковой циновки, прикрывавшей дверь, она смутно припомнила, как сама сплела ее в детстве. Вот оно — доказательство, что она когда-то жила в этом домишке на краю света, еще до того, как у нее начались месячные и женщины хриплыми голосами затянули древнюю песнь о девушке, что окрашивала волны в кроваво-красный цвет и наводняла их морскими гадами. Ей не следовало сюда приходить, и она знала об этом, но все же откинула циновку и шагнула внутрь.