Войти
запомнить меня
или

Книги - 297307 Жанры - 263 Авторы - 66370 Серии - 6302 Пользователи - 85111




Моя тетя, младший брат и я жили в таком доме до тех пор, пока фабричным рабочим разрешали жить вместе с их детьми. Потом моя мама погибла. Я помню, как тетя послала меня с двумя мужчинами, которых я знал, поискать уголь в опустевших домах на покинутой улице. В те дни мы еще топили зимой печи углем в комнатах и на кухнях. Точно так, как вы прочтете об этом в этой книге, я пробегал из дома в дом по чердакам и по проходам между стенами и припадал к земле, когда перебегал через улицу. Мы искали уголь, но на обратном пути я смотрел, где детские комнаты и, если те двое мужчин, что были со мной, не видели, я входил и быстренько высматривал книги и марки для моей коллекции. Я не мог набирать много, ведь у меня за спиной был мешок с углем; и все же каждый раз мне удавалось вернуться с новым маленьким сокровищем, которое делало глаза моего брата зелеными от зависти. Я отдавал ему, конечно, все дубли и книги, но только после того, как прочитывал их сам. «Робинзон Крузо» был одной из книг, найденных таким образом.

Обратимся теперь к той книжке, что у вас в руках. Вымершая территория, о которой вы здесь прочтете, это и есть гетто. Но это не Варшавское гетто, существовали тогда и другие. Но и в этом гетто тоже нечего есть тем людям, которые в нем еще остаются. Алекс, герой моего рассказа, скрывается в развалинах разрушенного бомбежкой дома почти с самого начала войны, хотя другие дома вокруг уцелели и полны разного добра. Этот дом мало чем отличается от пустынного острова, но именно в нем Алекс дожидается возвращения своего отца. Ждать приходится так долго, что Алекс уже почти перестает верить в его возвращение. Он вынужден долгие месяцы заботиться о себе сам и добывать все необходимое для жизни в окрестных домах, подобно Робинзону Крузо, который соорудил и собрал необходимые ему вещи из обломков кораблей, выброшенных бурей на берег. Разница в том, что Алекс не мог ничего выращивать на своем «острове», потому что вынужден был скрываться, и питьевой воды ему тоже негде было взять. Но Алекс мог наблюдать остальной мир через бинокль из своего убежища, потому что развалины дома, где он прятался, возвышались над стеной, ограждавшей безлюдное гетто. Сквозь линзы бинокля он видел людей, которым не приходится скрываться так, как ему, хотя они и должны подчиняться жестоким законам немецкой оккупации. Он видел своих сверстников, идущих в школу каждое утро, и хотя казалось, что они совсем рядом, они были от него так же далеко, как ближайшая обитаемая земля от острова Робинзона Крузо. У Алекса не было никого, подобного Пятнице, только маленький белый мышонок — Снежок. Впрочем, нет, у него было еще кое-что: у него была надежда. Потому что он ждал в своем укрытии отца…


Тайна моего отца

Ночью я неожиданно проснулся. Отец сидел на полу. Около его ног горела свеча. Я чувствовал страшную усталость: мне снился сон, который я не досмотрел до конца. Я закрыл глаза в надежде снова погрузиться в сон. Иногда это удается. Правда только в тех случаях, когда пробуждение не было окончательным. Мама говорила, что можно досмотреть сон, если во время пробуждения не смотреть в окно. Но сейчас в окне ничего не было видно, так как на улице было темно.

Что-то волновало меня. Чем это отец занимается на полу? Какими-то маленькими железками. Я понял это по звуку. Он гладил их и осматривал со всех сторон и только потом увидел, что я сижу на кровати. От неожиданности он прикрыл их руками, как будто хотел скрыть от меня. Но я сразу понял, что это. Я увидел дуло и курок. У моего отца был пистолет! Тут я окончательно проснулся. Неужели он собирается убивать немцев?

Мама не вернулась. Она пошла навестить своих товарищей по сионистской организации в гетто «А» и не вернулась. Это было неделю назад, а может быть, и десять дней. Я не считал. Мне было слишком грустно считать. Сначала мы думали, что ее направили на работу куда-нибудь поблизости. Потом стали думать, что ее на несколько дней отправили куда-то подальше. В конце концов решили, что ее угнали в Германию. Но на наш запрос в Красный Крест оттуда пришло очень мало писем, и мы терялись в догадках, действительно ли они пришли из Германии, или их просто кто-то написал на месте.

Отец внимательно посмотрел на меня и убрал руки, прикрывавшие разобранный пистолет. Я открыл было рот, чтобы задать вопрос, но он приложил палец к губам.

Наверно, это из-за семейства Грин, которое спало сейчас в соседней комнате нашей общей квартиры. Я встал с кровати, подошел к нему и сел на пол около горевшей свечи.

— Это настоящий пистолет? — шепотом спросил я.

— Да, — сказал отец и улыбнулся.

Как будто и так не было ясно! Просто этому трудно было поверить. Я не слышал, чтобы у кого-нибудь из наших соседей был пистолет. Даже если у кого-то в гетто и были пистолеты, таких людей было очень мало. Может быть, двое или трое. Если сказать честно, я просто ни разу об этом не слышал. Такие вещи держали от детей в секрете.